Меня зовут Виктория, мне 27 лет, 5 из которых я врач-инфекционист. Последние несколько лет я работала в странах третьего мира.

Порой я думаю, у меня что-то не то с головой: я очень люблю людей. Я верю людям. Поэтому, когда я начала путешествовать по миру, я не понимала, почему это так странно для других – почему все предостерегают меня и говорят: бойся этого, бойся того. Многое поменялось с того времени, но не моя вера в добро. Люди всегда помогали мне. Наверно, мне просто везёт.

Маленькая путешественница

Шел двенадцатый год моей девичьей жизни, когда я впервые отправилась в путешествие одна. Я взяла с собой роликовые коньки, дневник и не прогадала: я рассекала по асфальтовой дорожке вдоль океана, читала Селенджера и зарисовывала чаек, вечно таскающих не рыбу, а что-то протухшее из мусорных баков.  В то время я ненавидела английский язык и семью, у которой меня поселили: они заставляли меня есть с ножом и вилкой, носить юбку, белые гольфины и делать два идиотских хвостика. Именно тогда я решила, что я больше никогда не дам никому решать за себя: где, с кем и как я буду жить.

Мне кажется, чтобы по-настоящему оценить красоту любой страны и увидеть не рестораны и распиаренные атракции, человек должен поехать в поездку бедным. 

Я любила путешествовать с рождения. Мне было восемь месяцев, когда моя мама впервые взяла меня с собой в поход. Для того чтобы я спокойно сидела на надувном катамаране, мама придумала для меня «волшебный тазик». Это был обычный бельевой таз, в который, перед отплытием, мамины студенты, которых она водила на сплавы, складывали всевозможных жучков и паучков. Со всей этой живностью я, находясь «в плавании» играла.

Я начинала с каучсерфинга, при чем не как серфер, а как хост. Я училась на врача и могла позволить себе длительные поездки только летом. Все остальное время я начала “путешествовать не выходя из дома”: принимая у себя людей со всего мира. Кроме новых знаний о культуре и традициях стран я тренировала языки: учила французский и немецкий.

 

Монастырь на Гаити и тюрьма в Гондурасе

Я вообще не из тех кто стремиться к каким-то новым впечатлениям, я создаю их собственной жизнью. Путешествия губительны для предрассудков и ограниченности. Я никогда не была религиозной, но вышло так, что я оказалась в монастыре. Я уехала на Гаити в миссию, думала, что пробуду там пару недель, но мне предложили остаться – врачом в диспансере при монастыре – и я согласилась. Я всегда представляла монахинь тихими и скучными людьми, зацикленными на религиозных ритуалах, но все оказалось не так. Мы вместе работали в диспансере, ездили на море, пели в хоре, играли с детьми. Они учили меня французскому и креольскому, я их- русскому и английскому.

С тюрьмой же была очень смешная история— я виновата сама. Когда я переезжала из Гватемалы в Гондурас, где я работала в американской благотворительной клинике, я умудрилась… нелегально пересечь границу. Я поставила штамп о выезде из Гватемалы, но не поставила о въезде в Гондурас. Отлично прожив без малого 4 месяца в Гондурасе я захотела вернуться обратно в Гватемалу, чтобы получить там визу США, но увы и ах – меня остановили на границе и посадили в изолятор, как нелегала. Слава богу, все разрешилось более чем благополучно – я даже не заплатила штраф.

30792_399703553455_3928970_n

Я стала спасать индейцев майя в Гватемале

Гватемала – прекрасная страна. Это вулканы, горы и два океана. Это огромное культурное наследие: Гватемала – это страна майя.  Женщины ходят в национальных одеждах – по длине и типу юбки можно определить, с какой области Гватемалы пациентка пришла на прием. Люди очень бедные, очень добрые и очень открытые.

Открытость вызывает на открытость. Им свойственно рассказывать, чуть ли не первому встречному такие стороны своей жизни, о каких я бы никогда не заикнулась бы в разговоре даже с друзьями. И мне это очень нравится, я дружила мне кажется, со всей деревней. Люди простые и щедрые – в той абсолютной бедности, в которой они живут они готовы отдать тебе последнюю кукурузную лепешку, если ты зайдешь в гости.

Нет, скажу честно, когда я начинала изучать здравоохранение стран с ограниченными ресурсами я понятия не имела даже о том, где Гватемала находится. Я попала туда случайно и думаю, что это был рок. Я о том, что увидела абсолютную бедность, край социальной незащищености и людей, живущих и хранящих надежду, при всех вводных.  Наверно, именно тогда родилась идея сделать что-то для этого мира и жить не только для себя.

uljwV3aGWVs

Зарплату мне не платили, это был волонтерский проект — но давали немного денег на еду. Я и акушерка из Бельгии жили на втором этаже клиники. Так что расходы были минимальные. Это была глушь каких поискать – ни горячей воды, ни электричества, ни нормального интернета. Мы были единственным учреждением здравоохранения на 60 000 местного населения, так что работы было много, развлекаться и тратить деньги было некогда и негде.

Изначально я училась в Бельгии, в институте тропической медицины и уже там начали поступать предложения поехать помогать в страны с ограниченными ресурсами. Были варианты поехать в Африку, Азию или Центральную Америку. Я сделала выбор в пользу последнего – я всегда любила латиноамериканскую культуру.  Прошла собеседование в бельгийскую клинику некоммерческой организации, которая находилась в Гватемале. И… улетела.

 

На билеты я набрала через краудфандинг – мой ролик «Блондинкаедет в Гватемалу» собрал $1700 за три дня.  Ага, я даже перекрасилась ради такого (смеется). Зарплату мне не платили, это был волонтёрский проект — но давали немного денег на еду. Я и акушерка из Бельгии жили на втором этаже клиники. Так что расходы были минимальные. Это была глушь каких поискать- ни горячей воды, ни электричества, ни нормального интернета. Мы были единственным учреждением здравоохранения на 60 000 местного населения, так что работы было много, развлекаться и тратить деньги было некогда и негде.

Многие спрашивают: «зачем?», но я не смогла иначе. Иногда тебя кидает в ситуацию и ты должен принять решение. Я могла уехать из этой бедной, забытой Богом страны и жить своей прекрасной жизнью в России, рядом с мамой и папой, в комфортной квартире, разговаривать на своем родном языке и быть социально защищенной во всех отношениях. Могла забыть всё, что видела там – всех голодающих детей, беременных, которые рожают детей в антисанитарии, все это обилие запущенных, никем никогда не леченных заболеваний. Но я очень близко принимаю чужую боль. Я решила, что в моей родной стране медицина находится на том уровне, когда мы можем думать о её качестве. В Гватемале люди готовы на всё, чтобы у них был любой, хоть даже самый простой медицинский пункт.

 

Ненужный врач

Многие спрашивают: «почему не в России?». Зная хорошо эти две страны, я могу сравнивать. Да, в России, возможно, много проблем. Но если ты заболел – сирота ты, бомж или богач – ты можешь попасть в больницу, где за тебя будут бороться врачи. Я работаю в инфекционной больнице, здесь большой поток именно тех, кто, как говорится, «сам себя заболел» – наркоманы и алкоголики. Лечим. Право имеют.

10665789_368307369987899_6960468455804500538_n-4

  • В России есть родильные дома. Ни одна моя знакомая не рожала вне больницы – без её на то желания, естественно. В наших сиротских домах детей кормят! Пусть плохо, невкусно, но кормят! Не раз мы с нашими ребятами помогали приютам. Так вот, даже не все детские дома принимают поношенную одежду или неновые игрушки.
  • В России все лучше, чем вам кажется. Да, скорая ехала не 5 минут, а 15. Но приехала. У всех нас есть проблемы, но в Гватемале они все абсолютно другого порядка.
  • Я много раз предпринимала в России попытки что-то сделать, кроме того, что уже делаю, – работаю за 20 тысяч рублей в приемнике, с гепатитами и свинным гриппом,  сутки через сутки. Например, я предложила бесплатно оказывать медицинскую помощь живущим в центре «БОМЖ» в Уфе. Мне сказали: «Спасибо, не надо».

Я не против построить клинику в России. Но попробуем соблюсти несколько условий, которыми  я руководствовалась в Гватемале: на 20 000 населения нет ни врача, ни медсестры. До больницы, поликлиники или ФАПа – более 100 км и более 6-ти часов пути. 60% детей голодают. Женщины рожают дома, на земляном полу, в одиночестве. Мне без разницы, где помогать. Так вышло, что я оказалась в том месте, в то время, и я решила не закрывать глаза на увиденное. Я не знаю, правильно это или нет.

Никого не возмущают те, кто не помогает вообще никому. Тетки в норке и лабутенах, мужики на поршах. Те врачи, что вкалывают ботакс и делают грудь толстосумам. Возмущаю только я. Но я не остановлюсь, потому что я считаю, что делаю все по совести.


Волонтёры – романтики

В первую очередь больницу строят профессионалы, которые разделяют нашу основную идею, те, кто хочет помогать людям вне зависимости от цвета кожи, национальности, пола и сексуальной ориентации. Да, думаю определенную часть рискованности и романтичности имеют все наши ребята- ведь нужно иметь действительно широкое сознание, чтобы отправиться на другой конец света. Это выход из зоны комфорта, для этого нужно быть сильным.

10516584_10152285889382951_2001690806370051062_n

Мы начинаем строительство в июле. И планируем запустить клинику в октябре. Мы собираем средства на строительства на платформе Бумстартер и будем рады, если вы поможете нам! Вознаграждения, которые вы можете получить за свои взносы очень «вкусные» – традиционные гватемальские украшения, ароматный кофе и даже имя на стене клиники!

Мы с радостью принимаем волонтеров: напишите нам, возможно именно вы будете тем, кто сможет изменить этот мир к лучшему!  Хотите помочь, но нет возможности уехать? Помогите нам дистанционно! Любите почтовую романтику? Отправьте нам гречки или сгущенки, шапочки для новорожденных или гематоген.

Путешествия учат очень многому. Часто один день, проведенный в другом месте, дает тебе больше, чем несколько жизни дома. Выходите из зоны комфорта. Развивайтесь. Делайте добро.

Путешествовать, да и вообще – жить,  гораздо интереснее, если следуешь порывам, возникающим в сердце, а не пытаешься все просчитать. Будьте счастливы, ребята. Помните, этот мир прекрасен.
V0tzrApw5EI